Техпред-50: рейтинг университетов-лидеров технологического предпринимательства (2026). Рецепты стартап-успехов

Евгений Гранкин (НИУ ВШЭ), UVL Robotics

Дмитрий Корсунов (Финансовый университет при Правительстве РФ); Scientiam40

Никита Павлов (МГИМО), Михаил Бегичев (МГУ); «Бит за Бид».

Марина Пак, ДВФУ (бакалавриат), Сколковский институт науки и технологий (магистратура, аспирантура); «Лиганд Про»

Артем Шавшин, Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого, Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций им. проф. Бонч-Бруевича; «Чистый космос»

Евгений Гранкин (НИУ ВШЭ), UVL Robotics

— Ваша компания создает решения на основе дронов с искусственным интеллектом для складского хранения и логистики. Какова история создания этого продукта?

— Моя профессиональная специализация — логистика и управление цепями поставок. Около семи лет после окончания вуза я работал в компании Shell: отвечал за складскую и транспортную логистику, а также финансовые потоки. В том числе регулярно участвовал в инвентаризациях. Это трудоемкий и длительный процесс, который отвлекает людей от основной работы и замедляет складские операции. Я еще тогда задумался над тем, как бы его автоматизировать. В то время технологии еще не позволяли создать достаточно зрелое и экономически оправданное решение. Позже я перешел в научно-исследовательский институт, занимавшийся новыми технологиями в машиностроении, и увидел, что возможности беспилотных систем уже позволяют вернуться к этой задаче. Так появилась идея UVL Robotics. Мы начали с первого прототипа, а затем превратили его в коммерческий сервис, которым сегодня пользуются крупные российские и международные компании.

— Какая разработка находится в основе вашего решения? 

— UVL развивает два взаимосвязанных направления. Первое — Flox, уже действующий сервис инвентаризации складов с использованием дронов. Беспилотник со сканирующим модулем и камерой собирает данные о товарах на стеллажах, а наше программное обеспечение обрабатывает их и формирует цифровой результат для заказчика.

Второе направление — Raven, полностью автономный дрон со станцией автоматической зарядки. Он предназначен для регулярной инвентаризации и инспекции складов и промышленных объектов без постоянного участия оператора.

— И как это работает?

— Мы клиентам оказываем услугу полного цикла: оцениваем склад, и наша команда в соответствии с объемом хранения товаров на складе заказчика запускает необходимое количество дронов. Они собирают информацию о товаре, а дальше мы ее выгружаем и выдаем клиенту отчет. 

— В чем уникальность технологии? 

— Ценность создает сочетание беспилотной платформы, технологии сбора данных и собственного программного обеспечения. Дрон сам по себе — только инструмент. Основная задача заключается в том, чтобы превратить полученные им данные в достоверный и понятный бизнес-результат, который можно встроить в процессы заказчика. Именно этот программный и операционный слой мы развиваем на протяжении нескольких лет.

— Сейчас на какой стадии находится проект?

— Flox — зрелый коммерческий сервис, который используется для проведения инвентаризаций на объектах крупных российских и международных компаний. Это направление приносит выручку и последние два завершенных года работает с положительной EBITDA.

Raven — следующее поколение решения. Сейчас мы развиваем и апробируем его для автономных регулярных полетов внутри складов и промышленных объектов. Наша цель — перейти от периодической инвентаризации к постоянному автоматизированному мониторингу: чтобы дрон мог по расписанию собирать данные, фиксировать изменения и передавать заказчику актуальную картину состояния объекта.

— А эффективность рассчитана?

— Да, экономический эффект складывается из нескольких факторов. На крупных объектах мы сокращаем продолжительность инвентаризации с нескольких дней до нескольких часов, а отдельные участки склада можем проверять примерно за час. Это уменьшает простой операций, снижает трудозатраты и риски работы людей на высоте, а также позволяет быстрее выявлять расхождения и поддерживать более точные данные об остатках. 

— А стартовали вы за счет каких ресурсов? 

— На первом этапе я финансировал проект из собственных средств: нужно было проверить гипотезу и создать первый работающий прототип. После подтверждения жизнеспособности решения мы привлекли инвестиции от венчурных фондов на дальнейшую разработку и масштабирование, а также получили грантовую поддержку Фонда «Сколково». В 2021 году UVL Robotics прошла акселерационную программу Alchemist Accelerator — одного из наиболее известных B2B-акселераторов Кремниевой долины, а в 2022 году вошла в международную технологическую экосистему Hub71 в Абу-Даби.

— Как дальше видите развитие своего проекта? Какова ваша цель и мечта? 

— Моя цель шире, чем рост одной компании или одного продукта. Я верю, что в ближайшие годы дроны перестанут восприниматься как отдельные летательные аппараты и станут привычной частью инфраструктуры — так же, как сегодня складские роботы, погрузчики или курьерские сервисы.

Внутри складов и промышленных объектов автономные дроны смогут регулярно собирать данные, контролировать состояние запасов и оборудования, находить отклонения и формировать актуальную цифровую картину объекта. За пределами помещений они будут перевозить грузы и дополнять существующую логистическую инфраструктуру там, где автомобильная доставка оказывается слишком медленной, дорогой или сложной.

Мы уже прошли часть этого пути. На Ближнем Востоке UVL Robotics стала одной из первых компаний в Омане, запустивших коммерческие пилоты и регулярные операции доставки дронами совместно с крупными логистическими партнерами. Для этого потребовалось не только создать технологию, но и преодолеть регуляторные барьеры, получить разрешения и доказать работоспособность модели в реальных условиях.

Моя предпринимательская мечта — создавать автономные системы, которые освобождают людей от рутинной, тяжелой и опасной работы, а компаниям дают более быстрые и точные инструменты управления физическим миром. Я хотел бы, чтобы технологические решения, созданные нашей командой, стали конкурентоспособными не только в России и на Ближнем Востоке, но и на других международных рынках. Именно поэтому мы продолжаем развивать интеллект и автономность дронов и строим модель масштабирования через локальных партнеров.

— С вашей точки зрения, каковы факторы успеха технологического предпринимателя? 

— Для меня успех технологического предпринимателя начинается с реальной проблемы клиента. Продукт должен решать ее настолько хорошо, чтобы клиент был готов за это платить.

Потому что путь от идеи до масштабируемого продукта почти всегда занимает больше времени, чем ожидаешь. Также важно слышать рынок, быстро учиться и принимать решения в условиях постоянной неопределенности.

— Ваш пример подтверждает нашу гипотезу о том, что успешные стартапы создают чаще всего люди с опытом. А как увеличить число стартапов? 

— Я бы не ставил целью просто увеличить число стартапов. Важнее увеличить число команд, способных превратить разработку в востребованный продукт.

Для этого университетам нужны не только лекции и акселерационные программы, но и доступ к реальным задачам бизнеса, лабораториям, первым заказчикам и предпринимателям-практикам. Студентам полезно как можно раньше проходить весь цикл: сформулировать гипотезу, собрать прототип, поговорить с клиентами, получить обратную связь и доработать решение. Акселератор приносит пользу, когда сокращает путь команды к рынку. При этом ответственность за результат все равно остается у основателя.

— А вы сами сотрудничаете с вузами?

— Я участвую в отдельных образовательных и экспертных мероприятиях и заинтересован в работе со студенческими инженерными командами. Для UVL это возможность находить талантливых специалистов и вместе с ними работать над реальными промышленными задачами. Для студентов — возможность увидеть, как технология проходит путь от идеи и прототипа до внедрения у заказчика.

— Давайте вернемся к вашим продуктам для складской недвижимости и логистики. Что в будущем будет их драйвером? 

— Для складских решений главный драйвер — не только рост складской недвижимости, но и потребность бизнеса постоянно видеть реальное состояние запасов и оборудования. Чем крупнее объект и дороже ошибка, тем выше ценность регулярного автоматизированного мониторинга.

Для доставки драйверами станут рост электронной торговли и потребность в более быстрой последней миле. Дроны не заменят автомобильный транспорт повсеместно. Сначала они займут маршруты, где сложная доступность, требования к скорости или стоимость персонала делают традиционную доставку менее эффективной.

Рынок будет развиваться там, где одновременно сходятся технологическая готовность, понятная экономика и регулирование. Именно в таких сегментах мы и намерены укреплять свои позиции.

---

Дмитрий Корсунов (Финансовый университет при Правительстве РФ); Scientiam40

— Какой проект создал ваш стартап?

— Мы создали платформу, которая позволяет эффективнее управлять делами и планировать жизнь. Это мобильное приложение с ИИ-наставником, которое помогает пользователю определить действительно важные цели, декомпозировать их на понятные шаги и выстроить путь от намерения к реальному результату. Наша платформа сочетает инструменты целеполагания, планирования, формирования привычек, контроля прогресса, рефлексии и поведенческой аналитики. Благодаря этому пользователь получает структурированную систему ежедневных действий, адаптированную под его образ жизни, уровень дисциплины и текущие результаты.

— Почему вы считаете эту идею актуальной?

— В современном обществе идет много дискуссий о том, как определить свой путь. А он, условно, делится на три простых шага: нужно поставить цель, сформулировать ее и разбить на конкретные меры, а потом регулярно действовать. 

— Но ведь все это можно сделать в обычном блокноте?

— Можно, и бумажный вариант — это наш прямой конкурент. Но сейчас нужно более современное решение. Ключевое отличие нашего сервиса в том, что это всегда под рукой, это — отдельное приложение в телефоне. 

Мы используем порядка пятнадцати научных методологий, много инструментов по тайм-менеджменту, по личной эффективности, для того чтобы показать, как достигать цели. То есть мы собираем очень много разных инструментов, чтобы человек мог подобрать для себя более удобные. В приложении встроено много функций — календарь, планирование, задачи. И все это объединяется в очень много разных сервисов. 

— А почему так важна фиксация планов?

— Я еще в детстве слышал старую легенду. И мне кажется, что она до сих пор актуальна. В Гарварде пригласили к опросу студентов и задали вопрос: есть ли у вас цели? И если да, записываете ли вы их?

В результате выборка поделилась на три сегмента. Первые целей не имели вообще. Таких было 80%. Вторая группа сформулировала для себя цели, но не записывала. Их было 13%. И последняя, самая маленькая группа ставила цели и фиксировала их на бумаге. Спустя 10 лет на этой же выборке был проведен другой анализ. И выяснилось, что эта самая маленькая группа оказалась наиболее финансово успешной. Это, конечно, гиперболизированная история, но тем не менее она отражает современную реальность.  

— Зашел ли продукт в рынок? Воспринял ли его потребитель?

— Мы как раз находимся на этой стадии. Прототип вышел этим летом. Сейчас на выходе бета-версия, проводим тестовую фокус-группу. Если тестирование покажет результат, выйдем в рынок. 

— Что представляет собой ваша команда и как она формировалась? 

— Нас пять человек, и все мы вместе учились в одном вузе. Мы закончили Финансовый университет по направлению «продакт-менеджмент». И диплом мы защищали на основе своего стартапа. Участвовали во многих конкурсах, акселераторах, то есть сама идея родилась из студенческой среды.

Мы с первого курса постоянно экспериментировали, и на четвертом решили попробовать воплотить свои идеи. В этом нам помог научный руководитель и наша кафедра.

— Как бы вы оценили роль образования в становлении вас как технологического предпринимателя? 

— В моем случае образование сыграло ключевую роль. И это не только знания, но и среда, у нас была возможность найти близких по духу людей. Во-вторых, университет дает ресурсы для того, чтобы реализовывать идеи — научные, технические, да и просто подсказки. Университет дал нам рекомендации, экспертные мнения и возможность привлечения и финансирования. Благодаря инфраструктуре вуза мы привлекли 2 млн рублей, из них 1 млн — это грант. Мы выиграли конкурс «Бизнес-прорыв» от ВТБ. Мы также проходили акселераторы в других организациях — МГУ, МФТИ, Сбер, ВТБ. Это все дает эффект. Я считаю, что создать и развивать проект можно лишь находясь в той среде, которая в целом живет технологиями.  

— Что вам дало базовое образование, как бы вы оценили его роль? 

— У меня очень хорошая база знаний, ведь Финансовый университет входит в топ-10 по стране, а по моему направлению «продакт-менеджмент» — в тройку лучших.  

— Как вы будете масштабировать и запускать продукт в рынок? 

— Нужно, чтобы появились пользователи, которые с помощью нашего приложения реально закрывают свою проблему. Думаем, это будет непросто, хотя у нас и есть где взять экспертизу. И мы не раз уже дорабатывали и улучшали продукт после прохождения в акселераторах. Сейчас он находится в предрыночном состоянии, и я абсолютно уверен, что у нас все получится. Мы поставили цель через полгода генерировать как минимум 500 тысяч рублей выручки ежемесячно. И эта цель вполне реальная. 

— Что является главной составляющей успешного стартапа, по вашему мнению? 

— Я считаю, что в основе две главных составляющих. Первое — должна быть реальная проблема, которую нужно решить, и второе — это команда. Сейчас часто стартапы выдумывают проблему, которой не существует, и они не знают, насколько она актуальна. Ну и роль лидера, конечно, важна, чтобы работать в долгосрочной перспективе, объединять людей и не сдаваться. Только команда сможет создать нужный продукт и довести до результата.

— А каков состав вашей команды?  

— У нас четыре компетенции: продакт-менеджер, аналитик, маркетолог и разработчик. Эти четыре базовых направления мы закрываем. Нам этого вполне хватает, чтобы работать. 

— Стартап — это всегда уникальный продукт. У вас есть конкуренты сегодня в той нише, в которой вы развиваетесь?

— Их достаточно много, начиная с тех же самых блокнотов и ежедневников и заканчивая сервисами искусственного интеллекта. Есть тысячи приложений, которые у людей на телефонах установлены. Но я уверен, что мы сможем найти свою аудиторию, а аудитория — это самое важное.

— Где вы видите возможности дальнейшего привлечения ресурсов?  

— Планируем найти государственные источники и средства корпораций. Потому что сама идея целеполагания оказалась интересна госзаказчикам. Но и на рыночные продажи тоже рассчитываем.

— Как оцениваете перспективы на глобальных рынках?

— Изучаем. Хотим выйти на китайский рынок. Но для этого нужно будет адаптировать приложение.

---

Никита Павлов (МГИМО), Михаил Бегичев (МГУ); «Бит за Бид».

— Какой продукт создал ваш стартап? 

Михаил Бегичев (МБ): — «Бит за Бид» — это сервис для баров и ресторанов, который позволяет вывести в онлайн-формат процесс заказа гостями музыкальных композиций. Платформа автоматизирует весь путь от приема заявок до утверждения трека диджеем, фиксации операции в системе заведения и оплаты.

— При каких обстоятельствах появилась сама задумка?

МБ: — Идея пришла случайно. Мы с моим другом были в баре, и когда нам дали чек, предложили через QR-код оставить чаевые. И в тот момент я подумал, а можно ли с помощью QR-кода еще дотянуться до пользователей? А если попробовать автоматизировать процесс заказа музыки гостями у диджея? Мы обсудили эту мысль с Никитой, очень быстро сделали MVP (минимально жизнеспособный продукт. — Прим. ред.), протестировали спрос и начали дальше развивать этот сервис.

— Что помогло в создании продукта?

МБ: — В этом случае важно найти людей с разными навыками. У нас был знакомый разработчик, который довольно дешево смог реализовать нашу задумку, причем в короткие сроки, буквально в течение двух недель. А организовать весь процесс нам помог опыт. У меня уже был довольно популярный телеграмм-канал. 

Никита Павлов (НП): — А у меня был опыт организации магазинов на маркетплейсе. К тому же вместе с Мишей мы открывали интернет-магазины на зарубежную аудиторию. 

— С чего начали продвижение своего сервиса? 

НП: — Мы просто ходили по всей Москве, около 300 заведений обошли за месяц, и рассказывали о продукте. В октябре подключили первого клиента. Это была кальянная, а к декабрю у нас было уже 3 заведения и 2 клуба. И на этих клиентах мы отрабатывали все свои ошибки. Конечно, сам сервис изначально был сырой, но в целом довольно успешно себя проявил. 

— А в чем его эффективность для владельцев клубов и ресторанов? 

НП: — В барах люди часто заказывают музыку у диджея за наличные. В основе нашего сервиса — аукционная модель: гость сам определяет цену за трек, и чем выше ставка, тем выше трек в очереди, что увеличивает средний чек, а также обеляет доходы диджеев мимо кассы. В итоге увеличивается выручка заведения. 

Изначально созданную платформу мы дополнили, подкрутили, настроили систему уведомлений, улучшили систему поиска.  

Сервис постепенно развивался, и в 2025 году мы поняли, что нужно двигаться дальше. И тут выяснилось, что для масштабирования нужны ресурсы. Мы увидели, что нам не хватает денег не только на разработку, но и на маркетинг. И решили попробовать привлечь инвестиции. Начали презентовать свой проект везде, где только можно — в фонде «Сколково», в московском инновационном кластере. Активно мы использовали и инфраструктуру своих вузов, участвовали в различных студенческих мероприятиях, в частности, в бизнес-форуме МГУ. Кроме того, мы приняли участие в акселераторе МГИМО и заняли второе место. Наш проект также стал победителем академии Финтеха от ВТБ в Финансовом университете при Правительстве РФ.

На одном из выступлений мы познакомились с фондом «brainbox» и в январе этого года привлекли 5 млн рублей. 

— В чем особенности вашего сервиса? 

НП: — Мы очень точно попали в запрос рынка, у нас уже появляются конкуренты, но наша платформа — самая развитая, проверенная и отработанная. 

— Как вы оцениваете состояние инфраструктуры поддержки технологического предпринимательства? 

НП: — Нам очень помогло то, что что мы попали в акселератор, наш трекер дал очень много правильных установок.

— Как формировалась ваша команда?

НП: — Каждый отвечает за свой участок. Миша больше погружен в продажи. Есть у нас основной программист очень высокой квалификации. Если навыков не хватает, добираем их через людей, через партнерства, общения, взаимную помощь.

— С какими трудностями сталкиваются стартапы в России?

НП: — В основном это сложности масштабирования. Продукт у нас новый, нет устоявшегося рынка, поэтому нам приходится сначала продавать идею, потом какие-то регламенты придумывать, чтобы сервис работал. 

— Как бы вы обозначили формулу успеха стартапа? 

НП: — Чтобы проект получился, нужно несколько составляющих — наличие капитала, человеческого ресурса и упорства основателей.

— В целом как вы оцениваете венчурный рынок в России? 

НП: — К сожалению, этот рынок очень маленький пока, он еще в нижней точке находится. Но даже в этих условиях у многих получается привлекать деньги. Возможность есть, и надо действовать. Кому это интересно, делают. Есть фонды, бизнес-ангелы и государственные институты. Достаточно много площадок для пилотирования. 

— По какой модели будет развиваться ваш стартап? 

НП: — У нас нет цели бесконечно привлекать инвестиции. Мы хотим выйти на хороший уровень окупаемости и найти покупателя в лице корпорации. Ну а пока нам нужно еще доработать продукт. 

— Что вас привлекает в технологическом предпринимательстве? Какой совет вы бы дали тем, кто захочет пойти по вашему пути?

МБ: — Мне нравится придумывать новые идеи и их реализовывать. Я бы посоветовал больше генерить идей. Чем больше их будет приходить, тем больше шанс, что встретится какая-то очень крутая задумка, которая и эмоционально очень зацепит, и будет адекватна рыночным запросам. 

---

Марина Пак, ДВФУ (бакалавриат), Сколковский институт науки и технологий (магистратура, аспирантура); «Лиганд Про»

— Как появился ваш стартап?

— Я окончила магистратуру и аспирантуру Сколковского института науки и технологий. Именно во время учебы в Сколтехе у меня появилась идея создать платформу, которая ускоряет и делает эффективнее разработку лекарств с помощью искусственного интеллекта.

— В чем особенность вашей технологии?

— Главное преимущество нашей технологии — применение передовых методов искусственного интеллекта. Они позволяют сократить объем экспериментальной работы при поиске и оптимизации молекул-кандидатов.

Наше решение — это вычислительный движок, который объединяет методы искусственного интеллекта и другие вычислительные подходы с экспертизой медицинских химиков и специалистов по разработке лекарств. Это позволяет быстро и эффективно решать задачи ранних этапов разработки препаратов.

— Как вы пришли к этой идее? 

— В восьмом классе школы я решила, что хочу создавать лекарства. Первое образование химика я получила в Дальневосточном федеральном университете, где занималась органическим синтезом и моделированием производных биоактивных соединений. Со временем я поняла, что вычислительные методы мне ближе: они интереснее экспериментальной работы и обладают большим потенциалом, в том числе позволяют сокращать время экспериментов. Затем я поступила в Сколтех и углубилась в биоинформатику.

В 2023 году я разработала концепцию платформы для более эффективной разработки лекарств. Вместе с моим научным руководителем профессором Сколтеха Дмитрием Иванковым и еще двумя профессорами Сколтеха мы основали стартап при поддержке компании Postgres Professional.

— Кто будет потребителем вашего продукта? 

— Наша бизнес-модель ориентирована прежде всего на фармацевтические компании. При этом наше решение может применяться и в других отраслях: при разработке и поставке новых компонентов для косметики и бытовой химии, производстве пищевых добавок, а также в нефтехимической промышленности.

— Сейчас на какой стадии находится ваш проект?

— Платформа проходит закрытое тестирование. Мы работаем с бизнесом и академическими пользователями, чтобы получать обратную связь и улучшать продукт. 

Параллельно самостоятельно разрабатываем собственные лекарственные кандидаты: сейчас в работе несколько терапевтических мишеней. 

Через некоторое время будем готовы предлагать права на новые лекарственные препараты фармацевтическим компаниям (лицензирование, ко-девелопмент). 

Кроме того, у нас уже есть несколько успешно выполненных коммерческих заказов для фармацевтической отрасли.

— Для любого стартапа нужен начальный капитал. В вашем случае как он формировался? 

— С самого начала и по сей день основным источником финансирования для нас остаются инвестиции компании Postgres Professional.

— Как бы вы оценили вклад вашего базового образования? 

— На бакалавриате я получила базовые знания в области химии и разработки лекарств. Магистратура и аспирантура по биоинформатике помогли мне развить экспертизу в области вычислительных методов. Университет также дал мне возможность развиваться как технологическому предпринимателю. Сколковский институт науки и технологий ориентирован на коммерциализацию научных и технологических инноваций.

В университете много образовательных программ, которые помогают магистрантам разбираться в технологических инновациях и понимать проблемы пользователей.

Сначала на этих курсах я не задумывалась, насколько мне пригодятся полученные знания. Но когда появилась наша идея, они очень помогли.

Свой первый опыт технологического предпринимательства я получила, основав стартап «Сладкие белки». Тогда мы воспользовались грантовой поддержкой Сколтеха по программе для начинающих предпринимателей.

— Идей у многих и ученых много, но не все эти идеи, к сожалению, доводятся до продукта. Как вы считаете, какие формы поддержки необходимы?

— Я считаю, что гранты для стартапов на ранних этапах — эффективный инструмент поддержки предпринимательства. Важно развивать механизмы финансирования внутри университетов и институт невенчурных инвестиций, чтобы поддерживать основателей на самых ранних этапах и давать им возможность попробовать себя в роли технологических предпринимателей.

Не менее важно помогать инноваторам получать обратную связь от представителей рынка — потенциальных клиентов, партнеров и экспертов. Это позволяет проверить, насколько идея отвечает реальным потребностям, и понять, что нужно для ее развития и превращения в востребованный продукт.

— Кроме денег и идей для стартапа важна еще и команда. Как вы ее формируете?

— В обоих стартапах команда складывалась из моих знакомых и коллег из Сколтеха.

— С какими сложностями вы сталкивались на этом пути? 

— Мне пришлось многому учиться, в том числе управлению. Руководить командами ученых непросто: важно удерживать фокус на продуктовой разработке, чтобы работа не уходила целиком в научные исследования.

Кроме того, мне пришлось учиться анализировать рынок. В России он пока не сформировался. В развитых странах есть много похожих на нас компаний, и механизмы там уже выстроены. В России мы пока единственный такой проект.

— В чем сложности работы с корпоративным заказчиком в вашей сфере?  

— В России пока недостаточно развита разработка оригинальных препаратов на основе малых молекул: большинство компаний выпускают дженерики или производят лекарства по лицензии (лицензируя оригинальные молекулы, в подавляющем числе случаев — зарубежные). Однако в последнее время ситуация меняется. Фармацевтические компании, которые раньше не занимались собственными исследованиями, запускают R&D-направления для создания оригинальных препаратов или ищут подрядчиков для разработки — в том числе обращаются к нам.

Одна из главных сложностей для отрасли — нехватка в России собственных мощностей для экспериментальной проверки молекул, а также капитала, готового поддерживать и преодолевать риск ранней разработки оригинальных препаратов. Это затрудняет и замедляет разработку новых лекарств.

— А если выйти на глобальный рынок? 

— Мы рассматриваем глобальный рынок — ОАЭ, Европу и США. Там развит рынок заказа сервисов по применению ИИ в разработке препаратов, покупки молекул-кандидатов, а также совместной разработки лекарств фармой и AI-компаниями. 

Если все пойдет по плану, вскоре мы сможем на равных конкурировать с ведущими мировыми разработчиками вычислительных методов для создания лекарств. Техническая база для этого у нас уже есть. Например, наш инструмент «Матча» предсказывает взаимодействие малых молекул с терапевтическими мишенями быстрее любого аналога в мире. По точности он не уступает решениям конкурентов, а в ряде случаев превосходит их. Сочетание высокой скорости и точности помогает ускорить разработку лекарств и повысить ее эффективность.

— Какова ваша цель и мечта? 

— Наша цель — стать лидерами российского рынка разработки лекарств. А мечта — чтобы молекулы, над которыми мы работаем, дошли до рынка и помогали лечить людей. Мы работаем над препаратами для очень важных терапевтических направлений: онкологических, иммунных и редких заболеваний. Хотим наладить потоковую разработку лекарств, чтобы создавать их быстро, эффективно и в большом количестве, а оригинальные препараты стали доступны каждому нуждающемуся в них пациенту.

---

Артем Шавшин, Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого, Санкт-Петербургский государственный университет телекоммуникаций им. проф. Бонч-Бруевича; «Чистый космос»

— Какой продукт вы развиваете в своем стартапе? 

— Изначально мы разрабатывали систему для детекции космического мусора. Она состоит из системы нелинейной радиолокации и лазерной локации. Нелинейная радиолокация использовалась для определения материалов объектов в космическом пространстве. Лазерная локация — для определения форм, скорости и траектории движения, она основывалась на лидарном принципе.

Сейчас мы сконцентрированы на системе лазерной локации, создаем первую в России систему автономного уклонения спутников от космического мусора под названием WARD. Наша система использует flash-лидары для обнаружения опасных объектов и последующей автоматической коррекции орбиты.

На текущий момент у нас созданы лазерные датчики, которые помимо космоса можно применять в беспилотном транспорте для ориентации в пространстве беспилотных аппаратов. 

Технологии найдет применение в транспортной отрасли, планируется ее использование в грузовых автомобилях КамАЗа для контроля состояния водителей. В России сейчас нет собственных разработок, и все технологии, которые необходимы в этом направлении, закупаются извне.

— Какова история создания вашего продукта?

— Я закончил магистратуру и поступал в аспирантуру. В этот период однажды я смотрел подкаст. Там как раз развивалась тема, что одной из актуальных задач, которая стоит перед человечеством в космическом сегменте, станет решение вопроса космического мусора.

Сейчас в космосе очень много обломков спутников и ракет, их объем превысил уже 13 тысяч тонн. И они летают в тринадцать раз быстрее пули и создают реальные опасности для спутников. Поэтому нужно сначала провести их каталогизацию, а затем подумать о последующей утилизации.

Анализируя вопрос поиска технологий обнаружения объектов, мы начали развивать эту тему системой детекции. И вот от такой большой космической задачи мы сейчас пришли к более конкретным наземным, для того чтобы эту технологию опробовать, отработать и затем уже масштабировать для изначальных наших задач.

— Почему именно тема космоса вас вдохновляет?  

— Моя специализация в бакалавриате — радиотехника, в магистратуре — прикладная радиофизика. И сейчас я четвертый год являюсь аспирантом Санкт-Петербургского государственного университета телекоммуникаций им. проф. Бонч-Бруевича. Здесь я больше занимаюсь микрорадиоэлектроникой и работой с квантовыми системами. Но желание работать в космической отрасли было у меня всегда. Я и поступал в университет по целевому набору от компании «Решетнёв», которая создает спутники. И сейчас я приближусь к своей мечте. А параллельно с этим работаю в компании, которая занимается созданием квантовых стандартов частоты на атомах рубидия и цезия. Эти устройства выдают точное время, они используются в том числе на спутниках ГЛОНАСС.

В эту тематику я погрузился во время учебы и постепенно пришел к созданию стартапа. 

— Почему именно космическая тематика вас увлекла?

— В детстве нас спрашивали, кем мы хотим быть. Я отшучивался, что буду космонавтом. И потом этот прикол затянулся, и когда уже пришло время принимать решение, я подумал: «Ну а почему не пойти в космическую отрасль?». Это действительно интересно.

— Сейчас вы уже технологический предприниматель. Какого значение в развитии этой карьерной траектории базового образования? 

— Самое прямое, потому что как технологический предприниматель, как правило, начинает свой путь либо в небольшой компании, либо в одиночку. Мы начинали втроем, и у нас у всех одинаковая специализация и образование. Конечно, нам приходится помимо создания продукта решать организационные вопросы, а их в стартапе огромное количество.

При это параллельно нам еще нужно технологическое ядро развивать, и именно образование этому и больше всего способствует.  

— На какой стадии сейчас находится ваша технология?

— Сейчас уже выпущено два продукта. Это лазерный датчик NINA на 5 мм. Он полностью готов, проведены испытания на действующей аппаратуре. С использованием датчика мы изготовили отладочные образовательные платы на базе российского микроконтроллера для образовательных учреждений. Это позволит упростить обучение студентов и школьников программированию микроконтроллеров и работе с лазерами.

В этом году мы выступали на ПМЭФ, получили очень много откликов и заинтересованности от образовательных учреждений. 

И в развитие этой тематики мы выпустили второй продукт, который помогает начинающим инженерам освоить программирование микроконтроллеров. 

— На какие ресурсы вы стартовали? И какова ваша модель коммерциализации проекта?

— Стартовали мы в самом начале на собственные средства. Нам нужно было для начала сделать закупки для первых лабораторных прототипов. А затем привлекли гранты. Первый грант как технический стартап мы получили на 1 млн руб. Как раз с него и начался официально стартап, потому что мы открыли юридическое лицо.

Затем мы выиграли несколько грантов акселераторов. 

Сейчас мы находимся в процессе привлечения инвестиций — благодаря участию в акселераторах Сбера и поддержке правительства Москвы. А после завершения Moscow Startup Summit в 2025 году нам удалось установить контакты с руководством Роскосмоса, что также привлекло внимание инвесторов к проекту. И параллельно также привлекаем средства от инвестиционных фондов.

— Ваши продукты рассчитаны на корпоративного заказчика, кто выступит в их роли? 

— Основные потенциальные заказчики — это разработчики каких-либо систем, для тех же агродронов. Есть интерес у крупных холдингов, например, Газпрому нужны дроны-инспекторы для строительства. Проявляет интерес КамАЗ. 

— Очень важно для стартапа, чтобы была подобрана команда. В вашем случае кто эти люди?

— Костяк — это 10 человек, которые каждый день занимаются проектом. По мере необходимости подключаем аспирантов, студентов, профессоров.

Мы являемся технологическими амбассадорами Сбера, от «Школы 21» мы привлекаем студентов, которые занимаются программированием. А через Академию инноваторов подключаем студентов из московских образовательных учреждений уже более широкого профиля. Так, например, мы привлекали студентов из колледжа для маркетинговых задач, для создания буклетов и оформления стенда на ПМЭФ.

— Вы, судя по всему, всеми инструментами пользуетесь. Насколько они эффективны, по вашему мнению?

— Акселераторы крайне эффективны на начальной стадии. Начинающему предпринимателю они дают необходимую базу. Нам, например, в Сколково помогли доупаковать продукт для продвижения.

А дальше уже нужно самим выходить в рынок, искать другие инструменты. 

— Какой вы видите реализацию своего проекта?

— Сейчас мы завершаем разработку нашего датчика, который будет ставиться на студенческий спутник. В рамках федерального проекта «Кадры для космоса» университеты получили возможность создания собственных малых космических аппаратов. Мы совместно с Санкт-Петербургским государственным университетом телекоммуникаций договорились о том, что мы поставим свой лазерный датчик на их. И будем контролировать работу их полезной нагрузки. Для этого запускается центрифуга. 

Наша задача — строить трехмерную модель центрифуги для того, чтобы контролировать, насколько правильно она вращается. И это будет наш первый выход в космос. Мы отработаем технологию уже на орбите и тем самым докажем работоспособность всего того, что мы делали за последние два года.

Второе направление — поиск ресурсов. Сейчас мы находимся в активной стадии привлечения инвестиций от университетской стартап-студии совместно с КамАЗом. Эти средства привлекаются уже под проект создания сервиса по контролю водителей с помощью наших датчиков.

Если этот этап пройти получится, мы начнем привлекать инвестиции для создания производственных мощностей для выпуска датчиков. 

— Что сложнее всего дается вам сейчас в вашей карьере? 

— Я думаю, многое зависит от того, с каким образованием изначальным предприниматель стартует. Так как у нас костяк технический, основное узкое горлышко — это продажи. Если стартап создают специалисты с опытом продаж, ситуация обратная. 

— Основателей от обычных бизнесменов отличает умение мечтать. Ваша мечта и цель? 

— Наша мечта и в то же время цель отражены в названии нашей компании «Чистый космос». Мы ходим решить проблему экологии в космосе и стать одной из первых компаний, которая займется вопросом каталогизации и дальнейшей утилизации космического мусора.

Эта проблема растет, и в какой-то момент космос может полностью быть закрыт. Количество спутников начнет резко сокращаться, и мы просто можем потерять выход в космос на какое-то время, пока он самостоятельно не очистится.

Чтобы до этого момента не довести, нужно сформировать необходимые технологии. 

— Вам хватит российского рынка? 

— Космический рынок в России наименее развит относительно других. И кроме того, пока фокус в космическом сегменте сильно повернут. Роскосмос выводит спутники, а частному космосу отводится задача создания сервисов. 

И мы помогаем молодым проектам сформировать эти услуги, делимся своей экспертизой и через это стараемся в эту повестку интегрироваться.

Параллельно доводим свой продукт для того, чтобы в нужный момент он был уже и на российском рынке. И, конечно, общаемся со странами БРИКС, потому что этот рынок достаточно хорошо сформирован и в Индии, в Китае, и в Малайзии даже есть запрос. Поэтому, естественно, мы российским рынком в этом вопросе не ограничиваемся.

А в наземном сегменте ниши достаточно и на российском рынке.

— Хватает ли в России инфраструктуры для раскрутки?

— Источников капитала у нас в два: государство или корпоративные ресурсы. Это гранты, различные интенсивы, акселераторы. Главное — уметь этим пользоваться.